При этом ряд сотрудников к началу Великой Отечественной были уже опытными и знающими финансистами. Так Александр Александрович Маштаков начал работу на руководящих должностях ещё в 1921 г., имел высшее экономическое образование и успел поработать в ряде областных и краевых финансовых органов по всей Сибири. Марлен Меерович Штерн также имел высшее образование по специальности экономист-финансист, сам преподавал в Томском экономическом техникуме и имел стаж работы в финансовых органах более пяти лет.
С началом Великой Отечественной войны жителей Томска охватил мощный патриотический подъём. «Заслушав сообщение о военном нападении фашистской Германии на границе Советского Союза и бомбардировке наших городов, мы, трудящиеся города Томска, возмущены этим неслыханным разбойничьим актом со стороны фашистских правителей Германии, вероломно нарушивших договор о дружбе и ненападении, – гласила резолюция митинга трудящихся г. Томска. Мы с большим воодушевлением приветствуем приказ Советского правительства главному командованию Красной Армии и Флота ответным ударом отбить нападение и изгнать врага. Заверяем партию и правительство, что мы, трудящиеся города Томска…с полным осознанием своего долга будем самоотверженно трудиться на своём посту, обеспечивая всем необходимым Красную Армию, и, если потребуется, с оружием в руках встанем грудью на защиту любимой Родины»[3].
«Явка по мобилизации проходит хорошо, – указывалось в отчёте Томского райсполкома и Томского райкома ВКП(б). Процент забракованных незначительный. Явка из сельсоветов проходит организованно, настроение военнообязанных, уходящих по мобилизации, и населения хорошие, родственники уходящих дают обязательства трудиться честно и добросовестно»[4].
Уже в июле 1941 г. в Томск начали прибывать первые эшелоны с эвакуированными. На 23 декабря 1941 г. город и районы области приняли и разместили 29 заводов и фабрик, 15 учреждений, 9 учебных и научно-исследовательских институтов, 7 ремесленных училищ и школ фабрично-заводского обучения, 7 госпиталей и 12 прочих организаций, общее число которых составило 35 тыс. сотрудников (при численности населения Томска в начале войны в 123 тыс. чел.)[5]. Всего же Томск принял около 40 промышленных предприятий, 15 учреждений, 16 НИИ и учебных заведений. Население города возросло примерно на 50 тысяч человек.
Одной из важных задач руководства и финансовых органов города и области стала материальная помощь эвакуированному населению. По данным архивов Облфо в среднем на одну семью помощь оказывалась в размере от 200 до 400 рублей.
Особенно пристально охранялись сведения о финансировании военных предприятий и учреждений. Большая часть сведений до сих пор находится под грифом «Секретно». Однако некоторые сведения, характеризующие деятельность Горфо, а затем и Облфо в г. Томске имеются. Речь идёт об отчётах по особым оборонным расходам. Из имеющихся в нашем распоряжении материалов за январь 1944 – апрель 1945 гг. складывается следующая картина.
В том же году в Томск всем заведующим Райфо была спущена директива о немедленном укомплектовании налогового аппарата, из расчета 1 налоговый инспектор на пять сельских советов, а также 1 счетовод и 1 кассир при каждом налоговом агенте. Увеличение налогового аппарата возникло в связи с увеличением сборов на территории Томска за счёт эвакуированных организаций и предприятий, а также увеличением норм доходности по отраслям сельского хозяйства в годы войны
В годы Великой Отечественной войны работа Горфо по штатной структуре была сосредоточена в райфинотделах. К концу 1945 г. в Томске находилось 736 организаций, обязанных регистрировать свои штатные расписания и сметы административно-хозяйственных расходов. Из них Союзного подчинения 196, Республиканского подчинения 67, областного 158, городского и районного 317 организаций. До 1942 г. штатной работой Горфинотдела города руководил сектор бюджета, так как штатным расписанием должность старшего инспектора по штатам не предусматривалась и только по настойчивому требованию Горфо Новосибирский Облфинотдел утвердил должность старшего инспектора по штатам для улучшения руководства штатной работой внутригородских райфинотделов
[11].
Ввиду низкой квалификации кадров аппарат инспекторов по штатам часто менялся. С 1942 по 1945 годы в Куйбышевском Райфо сменилась 3 инспектора, в Вокзальном – 6 инспекторов, а по Кировскому за этот же период – 7.
Во время Великой Отечественной войны за работой Райфо по регистрации штатных расписаний и проверке смет по административно-хозяйственным расходам не было никакой ревизии со стороны вышестоящих органов. Лишь после марта 1946 г. был вскрыт ряд грубых ошибок в этом направлении. И даже после этого «акты ревизий соблюдения сметно-штатной дисциплины не отвечали требованиям инструкции Наркомфина СССР от 12.03.1943 г. № 513»[12].
16 октября 1943 г. от Наркомата финансов РСФСР поступило инструктивное письмо о регулировании местных бюджетов, отразившее уже давно назревшую тенденцию. В соответствии с ним основной задачей регулирования местных бюджетов являлось «полное обеспечение доходами расходного плана, принятого по бюджету на данный год, по каждой в отдельности административно-территориальной единице»[13]. Главными условиями обеспечения поставленной задачи являлись:
- устойчивость каждого отдельного бюджета;
- заинтересованность местных Советов в наиболее полном выполнении планов государственных доходов;
- равномерность поступления доходов на протяжении года с расчетом обеспечения своевременного финансирования мероприятий по бюджету в каждом квартале и даже месяце.
Установки данной инструкции не были пустыми словами. В сибирских газетах регулярно печатались уведомления о необходимости предоставления отчётов о собранных налогах. Так, в номере «Советской Сибири» от 8 августа 1942 г. была помещена заметка о необходимости не позднее 15 августа того же года предоставить отчёт по форме 47-а об удержании посевного налога и налога на холостяков с рабочих и служащих. За несвоевременное представление указанных отчетов полагался штраф[14].
Учёт налогоплательщиков должен был быть осуществлен налоговыми инспекторами в сельсоветах и допущен к учёту налоговыми агентами с обязательным опоросом каждого налогоплательщика. Списки налогоплательщиков должны были быть проверены старшими налоговыми инспекторами и утверждены заведующими Райфо. О необходимости сбора этого налога также было сообщено в газете «Советская Сибирь».
Строго собирался военный налог на холостяков, одиноких и малосемейных граждан. В служебной записке одного из райфинотделов Томска, датированной августом 1942 г. находим такие строчки о необходимости сбора данного налога: «Примите все меры, используйте весь налоговый аппарат…и актив с тем, чтобы сведения были собраны со всех без исключения организаций, – к указанному выше сроку (т.е. к 1 августа 1942 г. за 4 предыдущих месяца)»[15]. Отчёт о проведённых мероприятиях необходимо было сдать в Горфо до 18 августа с указанием того, какие были приняты меры к ликвидации задолженности за II квартал 1942 г.
Важной частью поступлений в городской бюджет были сборы с местных рынков, являвшихся составной частью разового сбора. Эти сборы составляли около 8 миллионов рублей в год (1/5 часть всего городского бюджета). К сожалению, ситуация на рынках Томска оставляла желать лучшего. Согласно докладной записке заведующего Горфо Марлена Мееровича Штерна рынки имели целый ряд недостатков: неблагоустроенность, неудовлетворительное санитарное состояние, отсутствие охраны и достаточного количества контролёров-сборщиков.
По итогам доклада М.М. Штерна на обсуждение было вынесено решение вопроса об увеличении штата контролеров-сборщиков и сторожей на рынках, а также проведения строительных работ (возведения забора с воротами и прочее) по благоустройству центрального рынка.
Занимались финансовые органы и инспектированием рынков с целью поднятия их благосостояния. В актах проверок отражалась информация о времени работы рынков, их техническом, охранном и санитарном состоянии и др.
Согласно документам той поры, разовый сбор на рынках взимался правильно, но так было далеко не всегда. Некоторые документы свидетельствуют о том, что сбор взимался не по нормативу (15 руб. со стола), а произвольно в сумме 12, 16, 17 и даже 20 руб. Кроме того, сбор не охватывал всех торгующих. Сверху регулярно спускались директивы с требованиями немедленно положить этому конец и привести сборы в соответствие с изданным указом.
Одним из эффективных средств мобилизации ресурсов являлись государственные займы и лотереи, доходы от которых в годы войны составляли львиную долю фонда обороны и фонда Красной Армии. Непосредственное участие в организации этой масштабной акции должны были принять комиссии содействия государственному кредиту и сберегательному делу под руководством партийных и профсоюзных организаций и при широком участии общественности[16].
14 апреля 1942 г. был выпущен Государственный военный заём на сумму 10 миллиардов рублей. Широкое участие в его реализации принимала и Томская область. Уже на второй день подписки, 15 апреля, к 4 часам дня по всему городу подписалось 54 420 человек на сумму 27 077 350 руб.[17].
В целях привлечения дополнительных средств на оборону страны 4 июня 1943 г. началась повсеместная кампания по реализации Второго Государственного военного займа. Военный заём был выпущен сроком на 20 лет в размере 12 млрд. рублей.
За 15 часов, начиная с 4 часов дня 4 июня, количество подписавшихся в Томске составило 12 532 человека[18]. Уже к 10 часам вечера 5 июня томичи дали фронту 22 147 000 руб. Из них в Кировском районе подписка достигла 11 500 000 руб., Вокзальном – 6 096 000 руб., Куйбышевском – 4 551 000 руб.[19]
Наконец, 5 мая 1944 г. был выпущен Третий Государственный военный заём. Согласно цифрам, приведённым в номере «Советской Сибири» от 6 мая 1944 г., по Нарымскому округу заём был реализован на сумму 22 600 000 руб.
По самому г. Томску подписку на заём также удалось выполнить с превышением. «Уже к 10 часам вечера 4 мая, – писала Советская Сибирь, – трудящиеся Куйбышевского района Томска первыми в городе закончили реализацию Третьего Государственного военного займа. Вместо намеченных к реализации облигаций на 4 миллиона рублей рабочие и служащие дали взаймы государству 4 миллиона 186 тысяч рублей…»
[20]. В итоге Томская область стала рекордсменом в РСФСР по числу денег, собранных на реализацию государственных займов – около 74 миллионов рублей – что нашло отражение в докладе об исполнении местного бюджета Томской области за 1944 год
рис. 1-9 – упоминание в докладе о первом месте в деле сбора средств по займу
Вышесказанное свидетельствует не только о высокой степени патриотизма жителей Томской области, но и о грамотной работе сотрудников финансовых органов, ответственных за организацию кампании. Ведь именно агенты райфинотделов в городе и на селе принимали от уполномоченных комиссий собранные средства
[21]. Учёт доходов, полученных от реализации госзаймов, также вели финансовые органы Томской области.
Одним из самых важных и в то же время самых сложных мероприятий финорганов были налог со строений и сбор земельной ренты. Только за 1944 г., согласно архивным данным, со стороны физических и юридических лиц было подано несколько десятков жалоб о неправильном взимании земельной ренты.
Рассмотрим несколько жалоб. 27 декабря 1944 г. в Горфо поступила жалоба со стороны директора Томских Мельзаводов Главмука о незаконном, по его мнению, списании Вокзальным Райфинотделом 3918 руб. Свою претензию директор пояснил необходимостью исключения из территории завода площади железнодорожной ветки, занятую под индивидуальные огороды[22].
От домовладелицы Ф.И. Бревновой поступила жалоба на неправильное обложением налогом на дом. Из обращения Ф.И. Бревновой: «Ввиду того, что мне принесли за 1941 год совершенно непосильный для меня налог на дом в сумме 1064 руб. 48 к., прошу его пересмотреть. Доход с моих жильцов в 1941 г. равнялся 130 руб. в месяц. Для того, чтобы уплачивать аккуратно налоги, я до сих пор продавала вещи свои. Сейчас у меня ничего не осталось, продавать совершенно нечего, помочь мне тоже некому, так как детей у меня нет, я живу одна – старуха. Мне 70-й год и я не могу идти работать. Очень прошу пересмотреть налог и уменьшить его сумму»[23].
Финансовым органам приходилось терпеливо разъяснять жителям, почему они обложены налогом в той или иной сумме. Районные и городские финансовые отделы, допускавшие волокиты, серьёзно наказывались.
В мае 1943 г. от имени М.М. Штерна вышел приказ по Томскому Горфо, содержащий резкую критику органов области, в частности Кировского и Вокзального Райфо, в этом вопросе. «Несмотря на неоднократные указания и жёсткие требования…старшие налоговые инспектора налогов безответственно и небрежно отнеслись к этой весьма важной и серьёзной работе», – отмечалось в приказе.
Критика заведующего Горфо была сосредоточена на отсутствии ведения сотрудниками списков семей военнослужащих, получивших льготы при уплате налогов, случаях неправильного обложения налогами семей, потерявших родственников на фронте и т.д. Лучшие результаты на общем фоне показал только Куйбышевский Райфо.
По итогам критики в приказе была дана установка, где подробно прописывалась необходимость ликвидации указанных недостатков, сроки их устранения и отчётность. «В условиях Отечественной войны с немецкими захватчиками, – подытоживалось в виде напутствия в приказе, – максимальная мобилизация средств для беспребойного финансирования оборонных предприятий приобретает особо важное значение»[24].
В июле 1943 г. в Горфо Томска и другие горрайфинотделы области из новосибирского облфинотдела поступило требование о немедленном прекращении волокиты в рассмотрении жалоб трудящихся, в особенности военнослужащих и членов их семей, а также предоставлении документов в пригодном для рассмотрения виде. В заключении к требованию предлагалось лично установить ежедневный контроль за временностью рассмотрения жалоб со стороны заведующих Райфо и Горфо, а также наладить практику исчерпывающего предоставления данных в Облфинотдел в Новосибирск[25].
Несмотря на суровые военные годы, финансовые органы Томска строго следили за тем, чтобы определённым категориям населения были предоставлены налоговые льготы.
В первую очередь к ним относились семьи лиц, погибших на фронте, которые освобождались от уплаты государственной пошлины (приказ Наркомфина РСФСР от 17 декабря 1942 г.)[26]. 10 февраля 1944 г. указом Наркомфина РСФСР предоставлялись льготы членам семей военнослужащих и инвалидов Отечественной войны по государственной пошлине. На основании этого указа инвалиды Великой Отечественной войны освобождались от уплаты пошлины за прописку по приезду в курортные местности для лечения или отдыха в течение лечебного сезона, а также от уплаты пошлины членов семей инвалидов войны за удостоверение подписи на почтовых переводах и других документах для государства[27].
От уплаты пошлины освобождались наследники погибших при защите Родины. То же самое касалось семей, в которых военнослужащие пропали без вести[28]. В отдельных случаях от пошлины могли освобождаться инвалиды за совершённые для них нотариальные действия, а также за удостоверения, выписки и прочие документы.
От местных налогов и сборов также были освобождены ремесленные общежития, в которых проживали студенты училищ и школ ФЗО. Обучение в этих школах происходило бесплатно, учащиеся находились на иждивении у государства. Неправильно обложенные налогом со строений и земельной рентой общежития должны были получить возмещение[29].
Можно долго рассказывать о событиях и людях тех лет. Их служба была неимоверно важной, хотя подчас и не самой заметной. Эти люди своей кропотливой ежедневной работой поставили на ноги финансовую систему области в годы войны и не менее сложные первые послевоенные годы. Нельзя не остановиться подробнее на их биографиях.
Александр Александрович Маштаков
рис. 1-10 Александр Александрович Маштаков
Александр Александрович Маштаков родился в 1899 г. в Урюпинске Царицынской губернии в крестьянской семье. С 1910 по 1918 гг. работал в качестве рабочего на винодельном производстве. В годы Гражданской войны служил в Рабоче-крестьянской Красной Армии на должности агента по заготовкам. Имел военно-учетную специальность «начфин».
С 1921 г. на руководящих должностях. В 1926 г. назначен заведующим Райфо Троицкого района Алтайского края. С 1931 по 1934 годы учился в Сибирском финансовом экономическом институте. В 1934 году, не закончив обучения, был отозван с 3-го курса крайкомом партии и направлен на работу в Облфо по недавно образованной Читинской области на должность начальника бюджетного управления[30].
В августе 1938 г. был арестован органами НКВД, исключен из рядов партии, но за отсутствием состава преступления уголовное дело было прекращено. Александр Александрович был освобожден из под ареста в декабре 1939 г. и восстановлен с партвзысканием: строгий выговор за «утерю бдительности к лицам, оказавшимися врагами народа».
В 1940 г. переехал в Томск и с 1940 по 1944 гг. служил начальником бюджетного отдела и заместителем заведующего Облфо по Томской области, а с 1944 г. становится заведующим Облфо.
Марлен Меерович Штерн родился 15.07.1911 г. в с. Голосково, Одесской области в семье торговца.
В 1927 г. начал работать чернорабочим. В 1929-1932 гг. помощник машиниста врубовой машины на шахте № 10 Свешнянского Шахтоуправления Сталинской области.
В 1933-1937 гг. прошел обучение в Одесском кредитно-экономическом институте по специальности экономист-финансист. Будучи в институте работал на разных участках от налогового инспектора до ревизора. С 1937 по 1942 год исполнял обязанности директора Томского учетно-экономического техникума[31]. В техникуме читал курс «Деньги, кредит и финансы СССР». Работал над диссертацией. Жена Гершберг Р.Б., работала в Госбанке старшим кредитным инспектором, читала курс «Кредитное дело» в техникуме госбанка.
Член партии с 1940 г. С января 1942 по август 1944 г. — заведующий Томским Горфо[32], с августа 1944 по январь 1945 г. – 1-ый заместитель заведующего Облфо, с января 1945 по декабрь 1947 г. – заведующий Томским Горфо, с декабря 1947 г. – заместитель председателя томского горисполкома.
В ноябре 1945 г. награжден медалью «За доблестный труд в Великой Отечественной войне 1941–1945 гг.».
Николай Андреевич Воронин родился в 1912 г. в д. Воронино Асиновского района Новосибирской области в бедной крестьянской семье. Окончил бухгалтерские курсы при учкомбинате в Томске. С августа 1934 г. по июль 1936 г. учился на медицинском рабфаке, с 1 ноября 1937 г по 1939 г. учился заочно в ТГУ. Окончил бригадно-партийную школу, с октября 1940 г. учился в Воскресном университете марксизма-ленинизма, который окончил в 1941 г.
9 декабря 1940 г. переведён на работу заведующим в Кировский Райфо. В августе 1941 г. сессией Кировского райсовета Николай Андреевич утвержден постоянным заместителем председателя Райисполкома и исполняющим обязанности председателя Райфо[33]. С 08 января 1945 г. по
24 сентября 1945 г. – заместитель председателя Кировского райисполкома по местной промышленности. С 11 июля 1945 г. становится заместителем секретаря Горкома ВКП(б) по торговле и общественному питанию, с августа 1946 г. утвержден заведующим отделом торговли Горисполкома.
Член ВКП(б) с июля 1938 г.
В период эвакуации заводов в Томск Николай Андреевич проделал большую работу по размещению эвакуированных и обеспечению их жилплощадью. По своей основной работе, как заведующий Райфо, проявил себя энергичным и знающим своё дело сотрудником. Награжден грамотами Облисполкома и Горисполкома и медалью «За доблестный труд в Великой Отечественной войне 1941–1945 гг.».
Немало финансистов Томской области ушли на фронт, защищали Родину в боях, увековечив свои подвиги неувядаемой славой.
Павел Александрович Митрошин
Рис. 1-11 Павел Александрович Митрошин
Павел Александрович Митрошин родился в 1905 г. в с. Александровка Ярковского района Тюменской области в семье крестьянина.
Окончил 5 классов сельской школы. С 1927 по 1930 гг. проходил службу в армии в составе 22 стрелкового полка 8 стрелковой дивизии. В 1929 г. окончил обучение на двухгодичных подготовительных курсах в Бобруйске. Демобилизовавшись, вступил в совхоз-коммуну имени Сталина, организованную на Дальнем Востоке в с. Белоногово Бокчарского района Амурской области для демобилизованных красноармейцев и членов их семей, где работал счетоводом и бригадиром.
В 1934 г. переехал в Томск, где по направлению Томского горкома партии начал работать главным бухгалтером в Управлении трудовых колоний. В 1937 г. вступил в ряды ВКП(б). В январе 1938 г. постановлением президума Томского городского Совета был утвержден в должности заведующего Томским Горфо.
В апреле 1941 г. был вновь призван в ряды действующей армии. Участник Великой Отечественной войны с 22 июня 1941 г. Воевал на Юго-Западном, Донском, Сталинградском, Воронежском, Степном и 2-м Украинском фронтах
Павел Александрович служил сапером, дослужившись к концу войны до командира саперной роты 106-го инженерно-саперного батальона 5-й инженерно-саперной бригады. Капитан П.А. Митрошин награжден орденами Отчественной войны I и II степени, орденом Красной Звезды, медалями «За взятие Будапешта» и «За оборону Сталинграда». Отличился в боях на территории Румынии, за что 24 марта 1945 г. ему присвоено звание Героя Советского Союза.
6 марта 1944 г. рота капитана П.А. Митрошина выполняла боевую задачу по строительству моста через рукав реки Горный Тикич для наступающих танков. В непосредственной близости находился противник, который вел по мосту артиллерийско-минометный огонь. В таких условиях в исключительно короткие сроки был построен мост грузоподъемностью 60 тонн, обеспечивший успешное наступление танковых частей 2-й Танковой Армии.
За 25 дней марта саперы капитана Митрошина построили 5 мостов через Южный Буг и Днестр, совершив при этом в условиях распутицы марш на 400 км, обеспечивая продвижение советских танков. Лично товарищ Митрошин проявил при этом доблесть и мужество, за что был награждён орденом Отечественной войны II степени. 31 октября 1943 г. Павел Александрович был удостоен ордена Отечественной войны I степени за строительство моста через р. Днепр.
24 марта 1945 г. П.А. Митрошину за создание объезда и поддержку наступления советских танков в боях в районе хребта Маре в Румынии было присвоено звание Героя Советского Союза. На пути наступления войск лежала водная преграда – река Серет, через которую проходил железнодорожный и автотранспортный мост, длинною 360 м. Митрошин, вместе со своей ротой, внезапно и стремительно атаковав мост, штурмом овладел переправой, сохранив мост от подрыва и истребив более взвода вражеских солдат. При этом Митрошин лично в числе первых ворвался и перебежал мост, увлекая своим мужеством все подразделение. Через захваченный и разминированный мост с хода прошли советские танки, стремительно развивая наступление на Фокшаны.
Доблестно исполнял свой долг по защите Родины Яков Иванович Лавров
рис. 1-12 Яков Иванович Лавров
Яков Иванович родился 9 декабря 1913 г. в селе Емоши Белокатойского района Уфимской губернии в крестьянской семье. В 1932 г., после окончания 7 классов школы, поступил работать в Высокоярский сельсовет Чаинского района Новосибирской области сначала счетоводом (1932–1935 гг.), а затем секретарем (1935–1937 гг.). В 1937 г. перешел на должность участкового инспектора налогов в Бакчарском районном финотделе Новосибирской области.
С началом Великой Отечественной войны добровольцем ушёл на фронт. В 1943 г., будучи на фронте, вступил в ряды ВКП(б). Служил в составе 28 отдельного батальона связи 20 гвардейской стрелковой дивизии
31 армии. Вместе с ней прошёл от Москвы до Кенигсберга, в бою был контужен.
В наступательных боях 15 августа 1942 г. навел и обслуживал линию связи от командного пункта дивизии до командного пункта 60-го гвардейского стрелкового полка, несмотря на сильный артиллерийский, минометный и пулеметный огонь и бомбежку быстро восстанавливал все порывы, находясь под огнем противника по несколько часов. Во всей своей работе проявил личную храбрость и мужество, за что был удостоен медали «За отвагу».
В наступательных боях 20-26 августа 1944 г. проявил себя мужественным и стойким связистом. Под артогнем устранил 9 порывов линии, чем обеспечил успех артподготовки наших войск. 25 августа 1944 г., ночью, под сильным ливнем и огнем противника устранил 6 порывов. За образцовое выполнение заданий по наведению линии связи, за быстрое устранение порывов и проявленное при этом мужество был удостоен ордена «Отечественной войны II степени».
По окончании Великой Отечественной войны Яков Иванович был награжден медалью «За победу над Германией в Великой Отечественной войне».
25 апреля 1946 Яков Иванович был принят на должность старшего ревизора налогового сектора Томского горфинотдела. В 1952 году, после окончания Томского финансово-кредитного техникума получил специальность «Финансист».
Ещё одним финансистом-фронтовиком был Александр Матвеевич Тюменцев. Александр Матвеевич родился в 1906 г. в деревне Митрофановка Шилкинского района Читинской области в крестьянской семье. После смерти отца в 1912 г. его семья переехала на станцию Шилка Забайкальской железной дороги.
После окончания школы в 1925 г. поступил работать секретарем сельсовета. С 1925 по 1938 гг. занимал различные должности на железнодорожной станции Шилка.
В 1938 г. переехал в Томск и заступил на должность старшего бухгалтера кирпичного завода № 10.
С началом войны, в июне 1941 г. отправился на фронт в составе
24 армии. Работал в штабе полка. Вместе с полком отступал от Воронежа до Москвы, участвовал в боях. Принял участие в освобождении Польши.
10 января 1945 г. был тяжело ранен в ногу, в результате чего нога утратила подвижность. В июле 1945 г. демобилизовался.
Награжден орденом Красной Звезды, медалями «За оборону Москвы» и «За победу над Германией в Великой Отечественной войне».
EN
